Кровь

По данным Госпромнадзора, с начала по март текущего года на производстве травмировано 1800 шахтеров, из них 43 горняка погибли. В целом среди работников угольной промышленности смертельный травматизм возрос на 43,3%.

Зарплата

Вечные долги по зарплатам шахтерам – ни для кого не новость. Каждое новое правительство либо божится их отдать, либо торжественно сообщает об их выплате. А они почему-то все время накапливаются по новой. Теперь к долгам прибавилась невеселая перспектива уменьшения и без того куцых и не выполняющихся тарифных ставок.

В начале апреля Минуглепром заявил, что хочет снизить уровень шахтерских зарплат. Мол, убыточная отрасль, то, се. Обычная ложь. А отраслевое соглашение для чиновников – никчемная бумажка. “Это соглашение никогда не исполнялось”, – утверждает заместитель министра угольной промышленности Александр Францишко. Конечно, крупные профобъединения надули щеки. Но ПРУП свою забастовку отменил, а НПГУ на нее попросту не способен. Отсутствие потенции. Как бы ни размахивал руками Волынец: “Минуглепром пытается нарушить условия нашего соглашения. Если наши требования не будут исполнены, мы можем организовать массовые забастовки и акции протеста”.

Безработица и закрытие шахт

То, что на чиновничьем новоязе называется “реструктуризацией угольной промышленности”, уже испытали ряд шахтерских городов вроде Стаханова или Брянки. После закрытия шахт жизнь оттуда почти ушла. А правительство планирует закрывать и закрывать. В последней редакции программы “Уголь Украины” предусмотрено закрытие 105 угле- и торфодобывающих предприятий. В 2004 году из этого списка закрыли 4 шахты, а в 2005 – 10 шахт. В 2006-м обещают закрыть еще 21.

Приватизация: кто, что и почему

Еще 1 декабря 2005 президент объявил на встрече с бизнесменами – в 2006 будет проведена приватизация украинских шахт. Минуглепром взял под козырек, и г-н Тополов (“Наша Украина”) подготовил проект соответствующего закона и перечень выставляемых на продажу объектов. По мнению министра, “спасти отрасль может только реальный хозяин”. Согласно предварительной версии законопроекта, на повторном аукционе стартовая цена продажи может быть снижена на 50%. Если же предприятие не удается продать и со второй попытки, то оно оценивается уже в 1 (одну) гривню. 24 февраля Минуглепром и Фонд государственного имущества создали рабочую группу “по координации подготовки к приватизации предприятий угольной отрасли”.

Ну, скажет испорченный политической пропагандой читатель, это ж “нашисты” предлагают, а их младший партнер по правящей коалиции социалисты поддерживают. А вот другие партии… И попадет впросак. Потому что за продажу шахт выступают и регионалы (ахметовскому СКМ уже принадлежат шахта “Комсомолец Донбасса” и целые компании “Павлоградуголь” и “Краснодонуголь”), и близкая к ним “Держава” (в собственности концерна “Энерго” находится “Красноармейская-Западная №1”), не отстают и другие. Еще до инициатив Ющенко, в сентябре 2005-го, нардепы Леонид Байсаров (“Держава”, фракция Партии регионов) и бывший директор “Ровенькиантрацита” Григорий Астров-Шумилов (тогда член фракции Блока Тимошенко, сейчас во фракции партии “Видроджэння”) внесли в парламент приватизационный законопроект “Об угольной промышленности”. Ибо разноцветная украинская буржуазия жутко хочет заиметь себе уголь.

Почему? Во-первых, у ряда владельцев металлургических предприятий нет собственного кокса. Есть коксохимы, так что не помешали бы и свои шахты, добывающие коксующийся уголь. Такая проблема у Индустриального союза Донбасса (Тарута и Гайдук, проплачивают Ющенко), у группы “Приват” (Коломойский, проплачивает Тимошенко), у Мариупольского комбината имени Ильича (Бойко, проплачивает Мороза). Из шахт, добывающих такой уголь, наиболее лакомыми кусочками считаются шахта “Краснолиманская” (объем годовой добычи – 3 миллиона тонн), объединения “Макеевуголь” (4 миллиона) и “Добропольеуголь” (6 миллионов). Из предприятий, добывающих энергетические угли, наибольшие аппетиты вызывают объединения “Ровенькиантрацит” (8 миллионов тонн) и “Свердловантрацит” (5 миллионов).

ПРУП: Мы против, но… хотим приватизации по-ахметовски

30 ноября народный депутат, председатель ЦК ПРУП Виктор Турманов внес в парламент законопроект, запрещающий приватизацию “имущественных комплексов предприятий по добыче угля”. Однако руководитель крупнейшего угольного профсоюза, член Партии регионов не против приватизации в принципе. Турманов за “хорошую” приватизацию, примерами которой он приводит деятельность собственных хозяев из ахметовской СКМ.

Виктор Турманов:

Существует комплекс вопросов, которые необходимо решить. У нас есть обеспокоенность, что из объединений могут выдернуть лучшие шахты и продать их. Если же предприятия будут продавать целостными комплексами, с определенными социальными обязательствами (как произошло с “Краснодонуглем”, “Павлоградуглем”), тогда мы одобрим этот механизм.

НПГУ: Мы против, но… хотим приватизировать частями

Господин Волынец заявил в феврале месяце “Если сейчас приватизировать шахты, то 70% из них новые владельцы просто закроют”. Прошлогодний съезд НПГУ принял постановление, в котором сказано:

“Съезд не принимает политику и деятельность министерства угольной промышленности Украины в области подготовки угольной промышленности к приватизации. Правовое регулирование, порядок приватизации, социальные аспекты, вытекающие при смене собственника должны приниматься с учетом мнения НПГУ”.

Какое именно это мнение, доступно рассказал заместитель председателя НПГУ Анатолий Акимочкин:

По нашему мнению, приватизацию следует проводить другим путем. Мы настаиваем на сохранении за государством 51% акций, остальные акции целесообразно продавать через несколько лет, если инвестор продемонстрирует хорошие результаты.

Приватизация шахт в России

Власти приводят в пример нашего северо-восточного соседа – Российскую Федерацию. Дескать, там все шахты давно приватизированы. Однако умалчивают, что 124 шахты были закрыты. Цифра тем более внушительная в сравнении с другой: на начало июля 2005 года в угольной промышленности Украины функционировали 164 шахты и три разреза.

Представитель НПГ Мурманской области:

У нас уже государственных шахт не осталось. Все предприятия в Мурманской области – частные. ОАО “Апатит” (15 000 человек, пять рудников, одна обогатительная фабрика) принадлежит сенатору Гурьеву. Здесь хорошие зарплаты, но постоянно идут сокращения, а у работающих там белазистов продолжительность жизни – всего 40 лет. А вот предприятие в Ловозере постоянно банкротится, зарплату выдают с опозданиями, матобеспечение очень плохое, хотя предприятие добывает лопарит – очень редкий и нужный для химической промышленности камень. Нынешний губернатор области (третий срок) Евдокимов получил от финансово-промышленных групп огромные деньги на первую предвыборную компанию, после победы отдал им акции, которые принадлежали области – пакеты по 20%-25%. Одновременно у рабочих предприятий “выдавливали” акции – задерживали зарплаты, лишали премий и тринадцатой зарплаты рабочих, у которых были акции и т.п. С того времени у предприятий нет пакетов, принадлежащих государству, а количество акций у населения мизерно.