2 февраля 12 горняков начали подземную стачку, требуя полностью отдать заработаное. Как сообщили в НПГ шахты, «общая задолженность «Карата» перед рабочими – более 1 миллиона гривен. Из них около 600 тысяч – задолженность за 9 месяцев перед 83 работающими в настоящее время горняками».

По словам профсоюзников, руководство «Карата» заявило о банкротстве предприятия и отказывалось платить долги. Сам Бойцов на шахте давно не появлялся. Он постоянно «на больничном». Не то воспаление хитрости, не то «медвежья болезнь». А областные власти долго отнекивались: мол, сделать ничего не можем, а то, что суд до сих пор не рассмотрел уголовное дело Бойцова – так все вопросы к юстиции.

К середине месяца трое из протестующих шахеров по настоянию медиков все-таки поднялись на поверхность и оказались в больнице: у кого – гипертонический криз, у кого открылась язва. Один из госпитализированных, машинист водоотливной установки Григорий Носов, рассказывает:

– Недоедание, нервы, напряженность – это все дает свое. Каждый раз идешь на работу и не знаешь: затопит шахту или не затопит.

Зато к этому времени горняки добились еще одного промежуточного результата: областной хозяйственный суд постановил расторгнуть договор купли-продажи шахты с владельцем и в трехнедельный срок возвратить «Краснопольевскую» в Фонд госимущества. Однако до победы было еще далеко: в решении суда о долгах по зарплате речь даже не шла.

«Нам откровенно сказали: “Выплаты заработной платы вы не дождетесь”, – пересказывают шахтеры. Но уговорами и болтологией они давно сыты по горло, поэтому продолжали настаивать на своем: зарплату на бочку.

Бывает такое: муж бастует, а жена пилит – куда ты лезешь, тебе что, больше всех надо, не высовывайся. На «Краснопольевской» все, мягко говоря, совсем не так.

Говорят горняцкие жены:

Мария Носова:
«Вы знаете, мне стыдно говорить. Мясо – это для моей семьи праздник. Вот представьте себе – 10 месяцев ходить на эту шахту и не получать денег».

Елена Галушкина:
«Я мужу говорю: пробыл в рабстве у Бойцова. Я его дома заедаю. И пора выходить из этой ситуации. Будем ужесточать свои действия так, чтобы было дискомфортно всем властям города и области».

Утром 21 февраля жены сами присоединились к бастующим шахтерам. Накануне 25 женщин подписались под заявлением, что собираются добровольно опуститься под землю, и поднимутся лишь тогда, когда мужьям отдадут зарплату. Однако пробиться через милицейский заслон возле шахты смогли лишь четверо. А еще через пять дней областные власти были вынуждены «изыскать» средства и отдать горнякам заработанное.