3 февраля в центре Луганска взорвалось кафе «Суп-Хаус» (девиз заведения «Жизнь удалась»). Только благодаря тому, что в час дня было мало посетителей, число пострадавших составило 16 – все, кто находился там в момент взрыва. Пять поварих погибло, остальные, включая семилетнего мальчика, надолго оказались в ожоговом центре.

«Мы приехали в Луганск в цирк. На 12 часов билетов не оказалось, поэтому решили подождать до 15-00. И пошли пообедать в это кафе. Нас было трое взрослых, еще один ребенок….» – рассказывает мама Виктория Власенко из города Антрацита.

Почему, проработав три месяца, кафе вдруг взяло и взлетело на воздух? Бандиты? Бин Ладен? Как бы не так. МЧСники говорят, что взорвались два газовых баллона. «Обычно баллоны выносят на улицу. Там же они стояли рядом с печью. Разорвались от перегрева», – заявил начальник спасательной службы ГУ МЧС в Луганской области Николай Бескоровайный. Кто персонально виноват в нарушении техники безопасности (ТБ)? Чиновники попытались перевести стрелки на погибших поварих. Однако, как оказалось, не так давно вокруг тех самых баллонов произошла показательная история. В городской инспекции архитектурно-строительного контроля (ГАСК) не подписывали акт сдачи кафе в эксплуатацию. Специалисты считали опасным использование баллонного газа в центре города и советовали владельцу оборудовать кафе электрическими печами. Владелец «Суп-Хауса», ЧП Рыбалко, подсчитал: электричество ему обойдется дороже газа. Прибыль превыше всего. Рыбалко обратился в суд, выиграл его, и кафе открылось. Ни ГАСК, ни, тем более, Госпожнадзор не настояли на соблюдении ТБ или хотя бы на том, чтобы держать газовые баллоны на улице.

В смертях и увечьях персонально виноваты судья и чинуши из ГАСК и Госпожнадзора. И, конечно, владелец кафе Рыбалко. Однако никто из них к уголовной ответственности не привлечен. И не будет – в мире капитала нет справедливости для бедняка.

По городу курсируют упорные слухи, что Рыбалко – лицо подставное. Ведь получить в аренду даже небольшой участок в центре города непросто. Для этого существует два пути: либо прямой выход на фракции горсовета и лоббирование своих интересов, либо покупка права аренды у того, кто имеет этот прямой выход. В любом случае, чтобы получить на 49 лет двести квадратных метров на пересечении двух центральных улиц областного центра, нужно обладать большими деньгами и весом в городских бизнес-кругах. Плюс: открыть кафе под вывеской «Суп-Хаус» стоит у продающей этот бренд фирмы «УкрСтандартФраншиза» 8 тысяч долларов, да инвестировать, по подсчетам спецов той же фирмы, нужно еще тысяч 150 «зеленых». А подобных заведений у никогда не числившегося среди миллионеров Рыбалко, по словам зам. городского головы Пилавова, несколько. Но искать и, тем более, наказывать настоящего владельца никто не торопится. «Если сейчас искать, кто виноват, это не поможет, наша молитва больше поможет», – считает нардеп от Партии регионов, луганский богатей Владимир Ландик. Помимо советов молиться, богачи и чинуши закрывают рты пострадавшим копеечными подачками. Власти выделили по тысяче гривен. Компенсация Рыбалко – еще мизернее, по пятьсот гривен. Это при том, что кафе в месяц приносит минимум 15 тысяч долларов прибыли. Прибыльная у капиталистов арифметика.

Кстати

Случай в Луганске – не единственный, когда капиталисты ради прибылей или из соображений экономии подвергают смертельной опасности своих работников и просто граждан. Такое творится повсеместно. Вот еще один факт, и тоже с Луганщины.

На территории рабочего поселка шахта 1-2 Свердловска Луганской области уже более трех лет горит террикон. Породный отвал высотой около 100 метров расположен в самом центре поселка. Ближайшие жилые дома находятся на расстоянии 50 метров от него.

«Мы задыхаемся от угарного газа, – говорят жители поселка. – У детей проявляются не понятные для врачей заболевания. Клубы серо-зеленого дыма заволакивают все вокруг. Террикон горит уже давно, а ГП «Свердловантрацит» и мэр города Шмальц кормят нас отписками – дескать, все под контролем, угрозы нет, разрабатывается проект тушения».

Отписки местные активисты получают уже не первый год. За это время террикон разгорелся сильнее, увеличилась площадь горения. Практически все население испытывает жуткие головные боли, проблемы с легкими, учителя бьют тревогу по поводу ухудшения памяти у школьников.

«Мы обращались с запросами о предоставлении информации о радиационном фоне вокруг террикона, о качестве воздуха и к мэру, и к главному санитарному врачу Бескровному – тишина, – говорят посельчане. – В газетах чиновники рассказывают, что все в порядке, но количество синих огней на терриконе и дымовая завеса на наших улицах, говорят об обратном. Мы устали от безразличия городских властей. Мы понимаем, что информация от нас утаивается». А прикупленные штатные экологи ГП «Свердловантрацит» цинично отмахиваются: “Что вы нервничаете, везде терриконы горят, у нас по городу их больше 10, и что? Погорит и перегорит”.

***

А вот как обстоят дела в Крыму. Как свидетельствует начальник Симферопольского управления по вопросам чрезвычайных ситуаций и защиты населения Виктор Тимофеев, практически на всех опасных объектах города отсутствуют средства индивидуальной защиты. В случае химических аварий на предприятиях Симферополя далеко не все их работники смогут выбраться живыми из зоны поражения. Более 16-ти лет предприятия, использующие опасные химические вещества, не покупают противогазы и средства для оказания первой медпомощи, не ремонтируют систему централизованного оповещения о ЧС и не проводят инструктаж персонала. Сокращены должности специалистов по гражданской обороне. Из 70-ти систем централизованного оповещения (электросирен) в городе не работает 12. А зачем беспокоиться? Ведь все это стоит денег. По словам Тимофеева, в число особо опасных предприятий попали Симферопольская птицефабрика, Симферопольский винзавод, ООО «Крыммолоко», «Горводоканал», предприятие «Витек», симферопольская газонакопительная станция, ООО «Сантехпром» и завод «СоюзВиктан».