Анастасия Кривошанова: Напоминает историю с печально известным «международным отделом» в Украине, который умудрился вступить сразу в несколько троцкистских интернационалов.

Роберт Джонс: Да, здесь было почти то же самое. И когда мы призывали к ответственности этих людей, просили хотя бы объяснить, зачем они это делали, они ушли от ответа. Точнее, заявили, что у нас тут нет демократии, что нет никакой свободы действий, что мы им ничего не позволяем. Понятно, что такой вот мошеннической свободы действий мы им предоставить не могли. То есть это было, наверное, главным пунктом в этом деле. Если бы они дали подробный отчет своим действиям, извинились, сказали, что больше так делать не будут – то была бы нормальная дискуссия и, возможно, до раскола бы дело не дошло. Но здесь был сымитирован скандал, произошедший с «международным отделом в Киеве», они вышли, ничем не объяснив своих действий. <…>

Анастасия Кривошанова: Может быть, расскажете о том, к какому событию был приурочен раскол. Что послужило катализатором?

Роберт Джонс: Мы узнали, что Илья Будрайтскис участвовал в этой коррупции, и руководство Интернационала решило, что необходимо созвать Российский комитет. После того, как мы провели расследование и поговорили с Ильей, и он признал, что действительно занимался этим, но был неправ, что совершил ошибку, что принес много зла нашей организации, нанес вред. И было решено, что раз он был не активистом, а полноправным членом нашей организации, восстановить его в этом положении, простить. Идея была в том, чтобы работать с ним дальше, чтобы восстановить доверие. Это был очень спорный вопрос на самом деле, он вызвал в руководстве интернационала большую дискуссию – многие считали, что его необходимо сразу же исключить, но мы их убедили, что Илья, конечно, ошибся, но надо дать ему еще шанс. А потом в мае у нас был Российский Комитет, где он сам присутствовал – и там был вынесен на обсуждение вопрос о том, что некоторые присутствовавшие товарищи возобновили отношения с посольством одного государства, в том числе и Илья. Когда Игорь Шибанов спросил его об этом, тот отказался комментировать – сказал, что ничего не знает об этом. А потом, в течение нескольких дней стало известно, что он не только знал, но и участвовал в этом и брал деньги. Впоследствии он сам заявил о своем выходе из организации, а также что ему не нравится наша демократическая система, что ему не нравится свобода. Для нас демократия в организации – это когда проходит голосование и большинством принимается решение, и все должны выполнять это решение. Он считает, что может поступать, как хочет, что может со всем спорить и т. д. После этого события стали известны и другие факты и мы поняли, что Илья работал против нас уже несколько лет. Несколько лет у него были с нами разногласия, он считал многие вопросы спорными. С ним ушли многие члены организации. Много, но не все. Многие известные члены организации. Последние события тех дней были очень хорошо скрываемы – многие из тех, кто поддерживает Илью, потом даже говорили, что ничего о них не знали – потому что Илья знал, что если все раскроется, то будет скандал, что будет процесс, потому что мы не можем согласиться с такой деятельностью.